Пора признать кризис и искать решение

Кризис системы школьного обучения коренных малочисленных народов Севера налицо.
Образовательная общественность коренных малочисленных народов Севера и просвещенная часть многонационального педагогического корпуса недовольны положением дел. Проявляется слой заинтересованных лиц и организаций, который всё отчетливее понимают, что в кризис системы школьного обучения втянуты система дошкольного обучения, с одной стороны, и, с другой, система высшего профессионального обучения коренных народов. Маленькие, в силу возраста детей, нелады в детских садах и почти повсеместная не успешность юношей и девушек коренных малочисленных народов Севера в высшем профессиональном образовании задается кризисом способа организации обучения в школах. В последнее время крепнет голос и тех, кто видит глубинные процессы негативного влияния школы на обучение новых поколений коренных народов в их семьях и на их стихийное «уличное» образование. И совсем немногие люди понимают самую суть: так организованное школьное обучение сдерживает развитие жизне- и мыследеятельности коренных малочисленных народов Севера, закрывает возможность успешного сотрудничества с другими народами и препятствует преумножению численности их людей.
Кризисное видение происходящего образовательной общественности коренных народов и ответственно-думающих педагогов-просветителей не разделяется основным составом корпуса власть имущих в сфере образования коренных малочисленных народов Севера. Учительство же, непосредственно включенное в деятельность системы школьного обучения коренных народов, в лучшем случае вновь и вновь сочувствует каждому новому поколению детей коренных народов, входящему в двери северных школ, и не более. Более и не могут, поскольку деятельность предметно-классно-урочной системы школьного обучения диктует им логику их учительских действий. Предметно-классно-урочные учителя в силах только лично сочувствовать детям коренных народов.
Кризис — это поворотный пункт, точка невозврата, время решений, переходный период, перелом пути. Это хорошее трудное время для деятелей сферы образования. Для общественно-политических деятелей кризис — время принятия судьбоносных решений. Кризис — момент осознания болезни и понимания, что судьба случайно дарит шанс выздоровления. У коренных народов, включенных в действующую систему школьного обучения, есть шанс. К примеру, возможно их шанс — система школьного коллективного обучения по индивидуальным образовательным программам.
Но, с точки зрения «кормчих» разных уровней организации и управления образованием коренных народов примеры обсуждать не надо, поскольку, шанса нет, так как, по их мнению, нет и самого кризиса школьного обучения коренных народов. Ключевой «против кризисный» довод «кормчих»: массово принятая система школьного обучения многонационального народа Российской Федерации предметно-классно-урочная. И далее: не нужно коренным малочисленным народам Севера иной способ организации школьного обучения, «не коренные» «не северные» народы, к примеру, народ Санкт-Петербурга, не требуют же заменить их «петербургскую» предметно-классно-урочную школу. И действительно, если поверхностно взглянуть на ситуацию, это так. Массовая система школьного обучения является воплощением педагогики запоминания, а не педагогики понимания. И это, видимо, устраивает петербуржцев. Предметно-классно-урочная система обеспечивает становление и закрепление в новых поколениях привычки строить со-бытийные отношения на основе подчинения/подчиненности и конкуренции, а не сотрудничества. Однако, для Санкт-Петербурга и это терпимо.
А вот если бы, основное население Санкт-Петербурга: «жило в оленях», кочуя в ближайших тундрах; говорило и мыслило бы на родном нерусском языке; верило бы не в личное спасение души, а в родовое бессмертие; считало бы тень неотделимой частью человека, на которую нельзя наступать, то вряд ли петербуржцы долго терпели школьное обучение, не соответствующее образу жизни и перспективам своего народа.
Предметно-классно-урочная система школьного обучения имеет несколько особенностей своего деятельностного устройства, которые несущественны «на материке», но предельно существенны в условиях Севера. Именно они усиливают общеобразовательные и образовательные ограничения предметно-классно-урочного школьного обучения и выдвигают коренные малочисленные народы Севера во фронтир развития российской школы.
Первая особенность, существенная для коренных малочисленных народов Севера. Это система одно языковая. Обучение-учение организованы на одном языке. Это обстоятельство диктуется групповой организационной формой обучения, ведущей формой предметно-классно-урочного обучения. Один говорит на одном языке, перед всеми, как перед одним групповым субъектом, остальные слушают (как один субъект) и запоминают. Слушают и запоминают на одном языке. На языке русского народа. Принятая система школьного обучения не может допустить родной язык коренного народа, как второй равноправный язык обучения-учения. Поскольку она в принципе одно языковая.
Вторая существенная особенность. Один язык обучения-учения, комплекс учебников, способы жизни- и мыследеятельности учителей, способы организации жизни и управления детских школьных коллективов воспроизводят культуру и транслируют деятельности русско-российской оседлой цивилизации. Что для «материка» хорошо, то для Севера проблема. Предметное-классное-урочное-одноязыковое-монокультурное-интернатное школьное обучение на поверку оказывается мощным средством цивилизационной перевербовки коренных малочисленных народов Севера.
Третья особенность. Предметно-классно-урочное обучение требует фронтального продвижения всех учащихся по учебному материалу. Все вместе разом. Следствие этого требования — интернирование новых поколений коренных народов. Кочевники тундры и тайги, оленеводы, рыбаки и охотники, жители факторий и иных северных поселений вынуждены собираться в школах-интернатах не потому, что злые люди вырывают их из тепла и заботы семьи, а потому, что так устроена деятельность школьного обучения.
Распространено мнение, что именно школы-интернаты нанесли сокрушительный удар по цивилизации народов Севера. Это не так. Удар нанесла в прошлом и продолжает наносить классно-урочная система школьного обучения. Интернаты это просто присущее ей свойство. Не с интернатами надо что-то делать. А с классно-урочным школьным обучением.
В 30-х годах прошлого столетия наша страна избрала классно-урочную систему, как средство решения задач общего образования народов СССР, индустриализации, колхозного строительства и победы в надвигающейся Второй мировой войне. Тогда классно-урочная школа выручила страну. В том числе, решила немало важных задач в интересах новой жизни коренных малочисленных народов Севера. К началу 60-х годов классно-урочная школа достигла своих качественных пределов в деле общего образования. Наступил кризис. Нужно было делать шаг развития советского школьного обучения. Не сделали. Обещанный коммунизм слишком близок был по срокам. Рукой подать. Доедем по инерции и на старой школе. Не доехали. Страна втягивалась в жизнь по двойным стандартам.
Чтобы история не повторилась на материале школьного обучения коренных малочисленных народов Севера, и для того, чтобы договориться всем заинтересованным сторонам о кризисе, надо правильно сформулировать генеральные вопросы ко всем нам: образовательной общественности коренных народов, педагогам-просветителям, деятелям образования и «кормчим» образования.
Формулируем правильно генеральный рефлексивно-аналитический вопрос: какой конкретный вклад осуществляет нынешнее школьное обучение в процессы развития и процветания каждого коренного малочисленного народа Севера в дружной семье многонационального народа Российской Федерации?
Формулируем правильно рефлексивно-проспективный вопрос: поскольку, школьное обучение является основным механизмом процессов общего образования новых поколений коренных народов, то как нам обустроить общее образование каждого коренного малочисленного народа Севера в системе общего образования многонарода России, чтобы оно (общее образование) стало ведущей сферой общественного развития коренных народов? Как «тянуть тропу» через общее образование к преумножению числа людей народов, развитию их жизне- и мыследеятельности, усилению их духа, процветанию коренных народов в сотрудничестве с другими народами большой Родины?
Таким образом, наш главный посыл заключается в том, что кризис-перелом пути школьного обучения коренных малочисленных народов Севера нужно, по первых, признать, во-вторых, обсуждать в рамках идеи общего образования, работающего на процветание и развитие каждого коренного народа, в третьих, конструировать новую школу не на старой предметно-классно-урочной методологической и дидактической платформе, а на новой платформе. К примеру, на платформе коллективного способа обучения.